Сезон исчезновений

Страница 22 из 35

Дмитрий, участковый по Холмечу, крепкий загорелый мужчина сорока восьми лет с короткой прической, молодившей его, знал Андрея с раннего детства. Дмитрий был личным другом его отца. Когда-то он работал в УВД Волгограда в отделе по борьбе с организованной преступностью, и был вынужден уйти оттуда силою каких-то туманных обстоятельств, в которых справедливость вовсе не торжествовала.

Дмитрий поговорил с родителями Макса, позвонил Андрею и сказал, что будет у него через несколько минут. Андрей вышел на крыльцо и, прислушавшись, уловил, как за поворотом завелся двигатель автомобиля.

Мать друга юности все-таки позвонила участковому. Андрей не знал, что и думать. Его смущал автомобиль Макса, хотя Андрей по-прежнему не испытывал особого беспокойства: наверное, у Макса появились срочные дела, так уже было раньше – никого не предупредив, он неожиданно уезжал из Холмеча.

Андрей позвонил Николаевне и, объяснив причину, сказал, что немного задержится.

Дмитрий заглушил черную «новую девятку», вышел из салона. Глубоко посаженные серые глаза участкового всегда казались строгими, без эмоций, если даже лицо растягивалось в улыбке. Обычно он носил черную шляпу с загнутыми кверху полями, делавшую его похожим на шерифа из Голливудского фильма. Они с Андреем пожали друг другу руки.

– Дмитрий Владимирович, думаете, случилось что-то серьезное?

Участковый помедлил с ответом.

– Не знаю, Андрей. Таня встревожена, но я упросил ее подождать с выводами и нехорошими мыслями. Все равно по всем правилам заводить дело о без вести пропавшем рано. Лучше скажи: вчера, когда ты с ним говорил по телефону, он не заикнулся на сколько приехал в Холмеч? Он куда-то спешил?

Андрей покачал головой.

– Вроде бы нет. Сказал, что зайдет ко мне. В принципе, кроме родителей и меня ему здесь давно никто не нужен.

Дмитрий кивнул.

– Если бы ни его машина… все было бы просто, – он рассматривал двор Андрея. – Таня утверждает, что с Максом случилось то же, что и с теми людьми, пропадавшими в последнее время возле Белой Калитвы, в Михайлове, в Тацинском. И возле Знаменки. 

– О, черт…

За своими проблемами он перестал замечать, что происходит вокруг. Ростовская область взбудоражена уже несколько месяцев, последние недели – особенно.

Пропадают люди. Конечно, без вести пропавшие были и будут, но теперь их слишком много. Чаще это небольшая деревенька, где убийство – большая редкость. Ужасное несчастье, местный участковый пытается успокоить родственников, по их требованиям тормошит прокуратуру, но проходит время, и никаких следов исчезнувшего человека, даже намека на то, что с ним могло быть. Похожее уже случилось в соседней деревушке.

Поговаривают, что областное УВД приведено едва ли не в боевую готовность, к делу давно подключилась ФСБ.

Андрей знал об этом и все-таки испытал шок. Он жил в собственном мире, не читал газет, не слушал радио, редко смотрел телевизор, и многие события, казалось, доходили до него в последнюю очередь. Как-то еще в школе знакомая девочка, качая головой, со скорбным лицом заговорила с ним про