Сезон исчезновений

Страница 18 из 35

– Макс, я не смогу оставить детей у матери больше, чем на месяц.

– Можешь не волноваться: это затянется недели на две. Максимум – на три.

Одиннадцать тысяч зеленых! Если столько обещают ему за работу, которую могли бы выполнить сами, о каких же тогда деньгах идет речь?

Желание выпить усилилось. Степан подумал, что нервное истощение для него сейчас вполне реальная угроза.

– Есть еще вопросы? – спросил Макс. – Давай лучше сейчас. Я приеду к родителям на день-два, но нас никто не должен видеть вместе, никаких телефонных разговоров, никаких мобильников. Твоя жена не должна знать ничего из того, что я тебе сейчас говорил. Все понял?

Степан замялся. Постепенно приходило понимание, что две недели – громадный срок, множество мелочей остается неучтенным до самого последнего момента.

– Макс… мальчишку нельзя трогать. Но он… запомнит мое лицо. Он сможет потом меня узнать.

Макс хотел ответить, но возле их столика задержались парень с девушкой, выискивая свободное место в баре, и он промолчал, ожидая, пока они уйдут.

– Ты никогда с ним не встретишься. И не сложно сделать так, чтобы он не мог рассмотреть твое лицо, когда ты будешь приносить ему жратву.

– Но если он закричит? Если будет постоянно кричать, а возле моего дома окажется кто-нибудь из соседей? Его могут услышать.

– Степан, мать твою… Ему всего шесть лет. Совсем ребенок. Двумя словами его можно заставить вести себя так, как тебе нужно.

Пауза. Глаза Степана бегали из стороны в сторону, он пытался выхватить из паутины мыслей что-то еще, но ничего не получалось. Макс скользящим взглядом рассматривал посетителей, маленькими глотками допивал минералку.

Он прервал молчание:

– Когда придет время, к тебе приедут, и ты получишь деньги. Все сразу.

Упоминание о деньгах слегка уняло дрожь в руках. Степан осмотрелся по сторонам.

– Когда ты привезешь мальчишку?

– Ты сам привезешь его в Холмеч.

Глаза Степана расширились, и Макс быстро сказал:

– Он здесь, в Волгодонске. Тебе надо только забрать его. Прямо сейчас.

– Э-э… Макс, мы так не договаривались, – Степан почувствовал, как похолодела спина.

– Самый удачный вариант, Степан. Зачем машине с посторонними людьми без надобности появляться в Холмече?

– Черт возьми, о чем ты говоришь? Как я повезу мальчишку один? Если меня остановят…

– Обожди. Уже темнеет. Мальчишка находится под действием снотворного. У тебя минимум пять часов. Ты положишь пацана на заднее сидение, нежно укроешь пледом, который я дам тебе, и ни один мент не усомнится в том, что твой сынуля замаялся и заснул. Сила – в простоте! – Макс улыбнулся Степану, совсем, как его давний-давний друг. – Я поеду за тобой до самого Холмеча. Как только свернешь к поселку, мы с тобой расстанемся. С тобой ничего не случится, поверь мне.

Степан сидел с полуоткрытым ртом, в горле запершило, не помог даже сок. Что если по приезде домой все-таки выпить? Совсем немного? Выпить и тут же лечь спать, чтобы не продолжить начатое?

Степан облизнул губы.

– Где он?

– Вниз по улице проедешь четыре квартала. Там будет двухэтажное здание из кирпича, приготовленное под снос. Заедешь на задний двор. Там тебя найдут.

– А ты?

– Я буду сопровождать тебя. Чуть сзади. Постарайся ехать помедленней.