ПРИСТАНИЩЕ

Страница 30 из 31

Антон стоял перед Ильей и Давидом, сидевшими за столом, но смотрел куда-то в сторону, даже отвечая на вопросы. Почему-то Илье это не нравилось. Непонятно, что у него в голове творится, у этого Антона. И не совсем похоже на него, что взгляд отводит. Не похож он на человека, которого погреб чем-то научил. Та же надменность и недовольство, но… будто какое-то скрытое.

– Не понял, – сказал Давид. – Повтори-ка. Почему ты пришел в Поселение перед самой темнотой? А до тебя пришли Никита и Сергей по одному.

– Я про них ничего не знаю, а сам я за ягодами прошелся. Кислого захотелось. Запрещено что ли?

– Кислого? – Давид покосился на Илью. – У женщин не мог попросить? Светлана с Аннушкой только вчера ягоды собирали.

– А че просить? Там уже все распределили. А я хотел свежих, чтобы сорвать самому.

– Почему до самого последнего момента? Раньше не мог вернуться?

– Ну, задержался… Меня же не искали, тревогу не подняли. Проблем никаких не возникло. Коли надо – буду приходить засветло. Раз уж так за меня волнуются. 

Молчание. Давид покачал головой. Илья чувствовал, о чем думает Глава Поселения. Вроде все гладко. И отвечает Антон, не задумываясь, не виляя – не придраться. Но что-то во всем этом было… фальшивое что ли. Вроде бы правда, но и неправда тоже.

– Антон, – заговорил Илья. – Что у тебя на уме? Чем ты сейчас живешь? Признайся сам. Так лучше будет.

На секунду Антон взглянул на Илью.

– В чем признаваться? Живу тем же, что и все живут. Вы бы лучше оставили меня в покое. Я что, дисциплину нарушаю? Побил кого-то?

– Успокойся. Никто тебя ни в чем не обвиняет. Мы просто хотим знать, что это за отлучки перед самым закатом?

– А че там Никите в голову взбрело или Сергею, или еще кому-то – я тут причем? Вот только делишки других на меня вешать не надо. Несправедливо это как-то.

Илья хотел что-то сказать, но Давид незаметно коснулся его руки.

– Ладно, Антон. Иди…

Антон не заставил повторять – сразу развернулся и вышел. Давид с Ильей переглянулись.

– Что скажешь? – спросил Давид.

– Не нравится мне его поведение, Давид. Что-то он слишком гладкий какой-то. Это не Антон вовсе, не тот, что был.

– Может, в самом деле, захотелось парню по лесу прошвырнуться, ну, задержался.

– Да я не об этом. Не об этом.         

– О чем же?

– Не знаю… Не нравится мне его поведение.

– Но ничего конкретного ты ему предъявить не можешь?

– Не могу. Вот это и плохо. Знай бы я, за что к нему цепляться, все было бы проще.

– Илья, может, у тебя к нему неприязнь? Этим все и объясняется?

– О чем ты, Давид? Какая неприязнь? Я о Поселении думаю, а не о том, нравится или нет мне какой-то сопляк, пусть он уже и на охоту ходит. Чую, проблемы с ним еще будут. Вот я и пытался что-нибудь выяснить. Думал, вдруг ты мне подсобишь.

– Ну, извини, если не оправдал твоих надежд.

– Да ладно, какое «извини». Все нормально, – Илья встал. – Пойду. Не буду отвлекать тебя и себя. Но, Давид, ты тоже за ним присматривай.

– Хорошо. Только ты в голову-то сильно не бери. Ну, утворит он что-нибудь, посидит еще разок в погребе или другое наказание придумаем. Чего им так серьезно заниматься?

Илья помедлил с ответом, задержавшись у двери.

– Может, ты и прав. И я все преувеличиваю.