Организм

Страница 28 из 32

Игорь какое-то время стоял и смотрел на ее дом. В груди появилось приятно-болезненное жжение. Он был у Оксаны всего несколько раз, но сейчас его переполнила ностальгия: неужели он больше никогда не придет сюда?
Он шел домой медленно, часто останавливался, смотрел на небо, вглядывался в размытую массу деревьев по обеим сторонам дороги. И все-таки грусть не уходила. Несколько раз Игорь поймал себя на мысли, что ему хочется вернуться назад. И попрощаться с одноклассниками, пожав руку каждому. 
Конечно, он не сделал этого. Лучше ничего не менять. 
Вернувшись домой, Игорь какое-то время еще посидел во дворе в принесенном с веранды кресле. Перед глазами в беспорядке крутились эпизоды сегодняшнего вечера. Темнота поблекла, небо стало светлеть. Он поднялся из кресла и почувствовал в ногах странный дискомфорт. Ощущения напоминали ему судорогу в холодной воде. 
Игорь опустился в кресло, помассировал ноги, и все прошло, он даже не успел встревожиться. Внезапно навалилась сильная сонливость, и он не стал чистить зубы. Быстро разделся и лег в кровать. 
Спустя минуту он уже спал.  
4
Уже минут пятнадцать, как в доме Оксаны было тихо.
Антон понимал, что нужно выждать еще немного, но нетерпение оказалось сильней его. Он подошел к спальне, где устроились одноклассницы, прислушался. Он опасался, что девушки еще болтают, но не услышал голосов.
Антон нервничал. Он уже сомневался, что с Петрой что-то получится. Когда Игорь вызвал Оксану, Антон остался наедине с Петрой. 
Он не хотел спешить, все равно еще никто не спал, слова вырвались сами собой:
– Может, прогуляемся, когда все лягут? – предложил он как можно более равнодушно. – Или посидим во дворе, в беседке?
Петра покачала головой и бросила короткое «не хочу». 
Антон нахмурился, почувствовав злость, и, чтобы не выдать себя, вышел, пробормотав, что хочет узнать, где Оксана. Столкнувшись с ней в коридоре, Антон ненавязчиво убедил ее, что не плохо бы закругляться – парни все пьянее и пьянее, как бы чего не вышло, да и нагулялись уже достаточно. Оксана согласилась, и вскоре все начали устраиваться на ночь. Девушки в одной спальне, ребята – в двух других. 
Антон постепенно успокоился. Наверняка «цыганка» ломается, но Антон привык доводить начатое до конца. Это была его сильная черта, чем он и гордился.
К тому моменту, когда все стихли, Антон убедил себя, что не все потеряно, и надо лишь действовать хитрее. Сначала вывести Петру из дома и только потом переходить непосредственно к делу.  «Цыганка» сама раздвинет ноги, как только поймет, что об этом никто не узнает. 
Он медленно вошел в комнату и замер. 
Дыхание девушек, ровное и медленное, убедило его, что они уже спят. Антон присмотрелся, отметив, что девушек трое, не четверо, но главное – здесь была Петра. 
Она лежала, свернувшись калачиком, на одной кровати с Оксаной. Он наклонился к ней, с минуту не решаясь разбудить ее. 
– Петра, – прошептал он. 
Ничего не изменилось, и парень легонько потряс девушку за плечо. Она открыла глаза, и Антон быстро пробормотал:
– Тише, Петра, это я. Просыпайся, крошка.
– Что такое? 
– Я хотел поговорить с тобой, а ты так быстро заснула, что…
– Что тебе надо? 
– Тише, Петра. Девчонки уже спят. 
– Что тебе надо?