Экстремальный диалог

Страница 31 из 32

В классе раздались нестройные подтверждения, что ученики согласны. Чем маяться бездельем или позволить учителю вызвать к доске еще кого-нибудь, лучше послушать про экзотические страны.

– Значит, так, – быстро заговорил Андрей. – Малайзия в последние десятилетия очень бурно развивалась и характерна тем, что в этой стране присутствует необычный сплав развитой цивилизации и прежнего, патриархального уклада жизни. Куала-Лумпур, ее столица, выглядит, как суперсовременный мегаполис. Как и некоторые другие города. Но на окраинах страны, в сельской местности, куда не попадают туристы,  люди до сих пор живут, как их деды. На побережье по-прежнему существуют настоящие рыбацкие деревни, живущие исключительно своим промыслом и напоминающие средневековье.

– Значит, вы не относите Малайзию к райским уголкам?

Андрей не сразу понял, кто задал вопрос. Как обычно, он был заряжен на быстрый, но внятный рассказ, и неожиданный оклик вызвал у него заминку. Конечно, иногда его перебивали, переспрашивали, уточняли некоторые детали, но сейчас все случилось слишком неожиданно.

Его взгляд непроизвольно задержался на Ковалевской. Та ухмыльнулась, как бы подтверждая, что вопрос задала именно она. Что ж, подумал Андрей, что бы ты ни делала, ты – моя ученица, и раз тебе что-то интересно, я всегда готов поделиться тем, что знаю.

– Малайзия – очень интересная страна. Отлична от нашей намного сильнее, чем любая европейская держава, и уже одно это любопытно. Но насчет райского уголка – не знаю. Климат там для европейца тяжелый. Не так, как на каких-нибудь островах, типа Мальдив или Сейшел…

– Значит, вы бы туда не поехали, раз это не рай? – снова подала голос Ковалевская.

Андрей почувствовал, что она спрашивает это не потому, что ее интересует, входит ли Малайзия в число райских местечек планеты, но подвоха никакого не заметил. Может, она таким образом сбивает его, не желая, чтобы он успел закончить с Малайзией до звонка?

– Почему? – он пожал плечами. – Интересно побывать в любой стране. Даже в европейской. Что говорить о той стране, где из особой породы деревьев добывают каучуковое молоко – сырье для резины и…

– Андрей Анатольевич, так почему вы не поедите в Малайзию, раз там так экзотично?

Андрей натянуто улыбнулся.

– В смысле? Что значит, почему не поеду?

– Ну, вы говорите, интересно побывать. Но вы же в Малайзии не были? Нет?

После неловкой паузы он, как по приказу, покачал головой.

– Вот видите, не были. Так почему не поедите?

Пауза. Очень короткая. Ковалевская, будто спохватившись, быстро добавила:

– Ах, да. Что я говорю? С зарплатой учителя в наших школах в Малайзию не сильно съездишь.

Андрей изменился в лице. Очень постарался остаться безучастным к столь бесцеремонной колкости, но у него вряд ли получилось. Он повернулся лицом к окну, к классу – боком, будто желал пройтись вдоль доски и обратно, пытался выиграть время, собраться с мыслями. Только бы не показать, как он уязвлен! Не показать свою злость, синоним слабости! Конечно, лучше бы все это перевести в шутку, но ни в его теперешнем состоянии. Сейчас ему это точно не под силу.