Астероид Мара

Страница 13 из 29

Спутник завис напротив шлюза проникновения, единственное место, где в Купол попадали космические челноки. Мерцалов почувствовал, как спина и бёдра покрылись гусиной кожей. Из отчёта он знал: спутник ещё четырежды облетал Купол по окружности, заново зависая у Главного шлюза, подавал специальные сигналы, но ответа не было. В основном спутник находился у шлюза. Всё это время велась запись.

В эти минуты спутник, конечно же, находился на прежнем месте. Будет он там и через полгода, когда у Мары окажется космолёт.

Мерцалов выключил запись. Монотонное созерцание одной и той же картины стало его нервировать.

Купол цел. Никакой катастрофы не случилось, астероид по-прежнему в одиночестве двигается во чреве Вселенной. Мерцалов поскрёб подбородок. Хотел бы он знать, что же произошло с людьми.

 

 

7

 

– Главное, чтобы ты в первую очередь вспомнил, что делать с женщинами.

Этой репликой, вызвавшей смешки, Антон Сыпко сопровождал последний этап погружения в сон анабиоза.

Они находились на борту космолёта почти семьдесят четыре часа. Солнечная система осталась позади – минут сорок назад они наблюдали красноватое пятно Плутона. Свет Солнца – их родной звезды – слабел: они всё больше удалялись от него.

Команда находилась в задней части космолёта – в специальном отделении с анабиозными капсулами. Тут главенствовал стерильный белый цвет. Освещение, чтобы не вызывать боль в глазах, слегка приглушено. За исключением капитана все раздевались. По инструкции Мерцалов отойдёт в искусственный сон последним. Убедится, что команда спит, сообщит об этом на Землю и ляжет сам.

Капсулы располагались в три ряда. Всего их было тридцать. Люди из спецгруппы займут самые ближние к выходу. Хоть это и не имело  значения, они расположатся один за другим.

Мерцалов наблюдал, как команда готовилась. У каждого – разное выражение лица. Брин оглядывался, словно беспокоился о чём-то забыть. Тала храбрился, как перед прыжком в воду с большой высоты. Скулкрафт, как всегда, хмуро-сосредоточенный. Резник пробормотал что-то насчёт того, что же он вспомнит в первую очередь, когда через полгода выйдет из анабиоза, и Сыпко выложил одну из своих многочисленных колкостей.

Отделение заполнил смех. Мерцалов заулыбался.

Улыбка ещё блуждала у него на губах, когда первый из них – Андрей Ельчин – осторожно улёгся на дно своей капсулы. Когда легли все, Мерцалов уже не улыбался, его лицо превратилось в маску тревоги.

Теперь его люди не шутили, не смеялись, вообще не говорили ни слова.  Они лежали по возможности без движения, наблюдая, как стёкла, придавая капсулам герметичность. Отделяют их от прежнего мира, после чего всё заполняется прозрачным, чуть белёсым газом.

Спустя пять минут все спали.

Мерцалов постоял ещё минуту, ощущая, как чуть негодующе бухает его сердце.

Что бы ты хотел, спросил у него вчера Кинсела, спать без сновидений или же заказать что-нибудь приятное? Мерцалов не верил в то, что любой заказ выполним, обычно прошедшие анабиоз не распространялись об этом, слишком личное. Вопрос застал его врасплох: он не знал, что выберет.

Мерцалов передал на Землю:

« К о м а н д а   в  а н а б и о з е.  В с ё  в  н о р м е.  О т х о ж у  с а м.

  К а п и т а н. «

« 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 »